Aerofall

77lZIdlLvA-1619x1080

В преддверии концерта Aerofall 11 апреля в sgt. Pepper’s Bar мы достаем из архива интервью из одиннадцатого номера.

Прошлогоднее семнадцатое мая было одним из безумнейших дней весны-лета 2014-го. «Ночь музеев», совмещенная с «Днем ресторанов», выступления джаз-бэндов по всему центру, около десяти концертов и всевозможные барахолки (и все это – на фоне возмутительной вырубки деревьев) – такое количество мероприятий в один день вспомнить сложно. Но вряд ли что-то могло отвлечь «Бочку» от ростовских шугейзеров Aerofall, которые скромно показали класс в «Клавишах». После стены звука, буквально поглотившей присутствующих, Яна Комешко (вокал, гитара) и Владимир Карпов (гитара) уделили нам четверть часа.

Бочка: Как вам прошедший концерт?

Владимир Карпов: Нам очень понравилась отдача. Когда перед тобой стоит достаточно много людей, это всегда приятно. Концерт – это всегда впечатления, отдельная жизнь. В Краснодаре круто: и с визуальной точки зрения, и с точки зрения публики. Даже люди, которые ходят по улице.

Как вам Comma, и Japanese Baby, которые выступали перед вами?

В.К.: Очень хороший уровень. Comma, – нечто среднее между стоунером и альтернативой, – просто профессиональный уровень, абсолютно не провинциальный. Вообще Краснодар, на мой взгляд, уже давно не провинция.

Яна Комешко: Маленькая Европа, особенно сегодня.

В.К.: Japanese Baby удивили тем, что пели на русском. Это сложно, особенно когда играешь в таком направлении. Русский язык накладывает массу обязательств. Плюс нужно петь так, чтобы не было похоже на «русский рок». Сегодня мы русского рока не услышали.

48

Как вы решили выступить в Краснодаре?

В.К.: Вова Кузьменко из Japanese Baby написал, мы и согласились.

Можете рассказать о том, как попали на японский лейбл Handsand Moment?

В.К.: Легко и просто – записали несколько песен, выложили на Bandcamp, активно использовали ВК и Facebook, добавляли контент. Японцы сами нас нашли, мы никому треки никогда не рассылали. Нам сказали: «Нужно, чтобы вы записали альбом». Мы собрались и буквально за два месяца все сделали.

Есть планы на зарубежного слушателя?

В.К.: Конечно. Наша музыка интернациональна. Думаю, каждая группа должна ставить перед цель издаться. Писатель должен написать книгу, художник – выставку провести.

Рассматриваете возможность зарубежного тура?

В.К.: Да, рассматриваем. Но, если честно, пока хотелось бы сохранить это в секрете. Есть серьезные предложения, но пока – вилами по воде.

Но скорее Европа, верно?

В.К.: Не только Европа. Нашей музыкой интересуются в Латинской Америке, в частности – в Бразилии. Там, почему-то, подобная музыка сейчас пользуется серьезным спросом.

Я.К.: Еще Япония. Во всяком случае, оттуда были приглашения.

Np5mYTtZ4f4

Что, на ваш взгляд, нужно группе, чтобы издаться на иностранном лейбле?

В.К.: Мне кажется, готовых рецептов нет. Желание и трудолюбие. Нужно делать бескомпромиссное творчество, только то, что нравится. Если начнешь пытаться соответствовать каким-то тенденциям, то провалишься с 90-процентной вероятностью.

Насколько большую роль в вашей популярности играл менеджмент группы?

В.К.: Когда поступило предложение из Японии, у нас не было менеджера. Мы решили, что он нам необходим. Мы переложили на него все проблемы, связанные с букингом.

Я.К.: Музыкант не должен этим заниматься. Только музыкой, задачи должны быть распределены.

В.К.: С появлением менеджера мы стали гораздо больше играть на выездах, до этого примерно раз в месяц играли в Ростове.

Расскажите о сторонних проектах участников Aerofall. Известно, например, о группе Futbol.

В.К.: Это не сторонний проект. В свое время была такая группа, и мы с нашим басистом Валерием Калькутиным в ней играли. Было приятно работать с этими людьми, мы по-прежнему друзья.

44

Какие отечественные группы вы назвали бы незаслуженно непопулярными?

В.К.: Нам нравится питерская группа Pinkshinyultrablast. Но у них, видимо, такая идеология: выпускают альбом и исчезают, потом появляются опять.

Я.К.: Есть еще одна группа – Glaswen, из Москвы. Вживую не играют, просто пишут музыку. Но это что-то невероятное. Очень приятные, мелодичные композиции.

В.К.: Пока это только домашний проект. Но то, что мы слышали – очень интересная работа с гитарами.

Можете рассказать о ростовской сцене? Для краснодарцев Ростов в музыкальном плане уже очень долгое время представляется городом, полным всевозможных движений. Сначала пост-панк сцена, теперь шугейз.

В.К.: В Ростове, можно сказать, есть две половинки: одна англоязычная, другая русскоязычная. Как правило, эти люди дружат, различия не мешают им общаться. Еще в 1990-е были такие гранды, как «Пекин Роу-Роу», «Зазеркалье», «Матросская Тишина», Infantile Cans, «Спутник-Восток». Еще 20 лет назад эти группы начали играть то, что нам нравится сейчас. Мы слушали их тогда и слушаем сейчас. Особое влияние на нас оказала «Матросская Тишина» или Sailor Silence, как ее иногда называют. К сожалению, почти все участники этой группы погибли. Спустя двадцать лет в Ростове-на-Дону по-прежнему происходит что-то интересное. Хотелось бы обратить внимание на такие ростовские коллективы, как Selekhov, Kate in the Box, Alabama Joe, «Вальс» и бывших футболистов – X-Brotherz.

Что влияет на наличие или отсутствие музыкальной сцены?

В.К.: Прежде всего, хорошие музыкальные магазины, в том числе – комиссионные. Любая группа должна обладать хорошим оборудованием, инструментами, это определенная проверка: если музыка для людей и действительно интересна, в нее вкладываются. На сегодняшний день лучшие гитары, как ни крути, из Америки, как бы мы к ней не относились.

Вы как-то особенно к ней относитесь?

В.К.: Нет, мы абсолютно аполитичная группа. На эту тему вообще стараемся не разговаривать. Сцена же упирается в оборудование, наличие репетиционных точек, хороших концертных площадок. Сегодня был один минус – теснота, постоянно цепляли друг друга грифами. У барабанщика уезжала бочка, бас-гитарист держал ее ногами. Но это даже не минус – клубный формат такое и подразумевает.

Я.К.: Хочется, чтобы было больше таких помещений.

Какой ваш концерт вам запомнился больше всего?

В.К.: Запомнился концерт в Киеве, в компании с A Place to Bury Strangers и Soviet Soviet. И не только из-за именитости окружающих нас музыкантов (причем, люди оказались абсолютно не звездными). Потрясающая площадка: клуб «Бинго» – отличный звук, великолепный зал, никаких проблем с организацией. На настоящий момент это лучшая площадка, на которой мы выступали. Огромная площадь, есть место и для тех, кто занимается слэмом, и для любителей смотреть шоу сидя.

Я.К.: Никто никому не мешает, все прекрасно оборудовано. Единственное что – андерграунд-команды пока в таких клубах нечасто выступают.

EXkdTooRbec

На ваш взгляд, много в России групп, способных собрать полный зал на подобной площадке?

В.К.: Дельфин, Tesla Boy, Motorama и Everything is Made in China без проблем соберут.

Можно ли говорить о «русском шугейзе»? Имеет ли это направление в России свое лицо?

В.К.: Нет, и вряд ли в ближайшее время что-то изменится.

Кстати о ростовском пост-роке…

В.К.: Да, 417.3 – наши большие друзья, очень их любим. Их второй альбом, на мой взгляд, просто великолепен. Даже из западного пост-рока я выделил бы всего одну-две подобных группы, те же Mogwai, Toe. Godspeed You! Black Emperor – немного не наше, хотя Constellation Records, конечно, отличный лейбл.

Напоследок, какие планы, амбиции у Aerofall в дальнейшем?

В.К.: Амбиций – никаких. Мы записали пластинку, сейчас ждем не дождемся, когда начнем писать новый материал. Хочется продолжать делать то, что мы любим больше всего в жизни. Планируем запись летом. При этом концерты, думаю, будут постоянно, но всегда нужно находить время для записи. Как сказал Марки Смит из группы The Fall, ничто так не поднимает группу, как концерты. Поэтому нужно выступать без остановки. Если это, конечно, востребовано.

Текст Никиты Горбань. Фото Натальи Билык, Александра Гончаренко, Никиты Горбань.

comments powered by HyperComments

Комментарии:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *